Александр Елисеев (a_eliseev) wrote,
Александр Елисеев
a_eliseev

22 июня: выступление обреченных

В продолжение статьи "За спиной Гитлера стоял Черчилль?"

ОДЕРЖИМОСТЬ ДЕМОНОМ РАСПАДА
Показательно, что многие гитлерофилы и «неовласовцы» вовсю пиарят казаков, которые пошли за П. Красновым, и были, в конечном итоге, выданы Сталину западными демократиями. Как известно, многие из этих несчастных покончили жизнь самоубийством, опасаясь «ужасов большевизма». Это – страшный конец, который показывает все отчаяние и всю обреченность «русского коллаборационизма». Тысячи борцов с большевизмом не представляли никакой самостоятельной силы. Сначала они пошли за немцев, а потом бросились искать покровительства англо-американцев, надеясь на их помощь. И это при том, что среди коллаборационистов было достаточно людей, отлично понимающих, что такое западные демократии, которые были и являются самыми настоящими плутократиями. Тот же самый Краснов, в романе «От двуглавого орла к красному знамени», вкладывает в уста своего главного героя слова о том, что главный враг – Англия. И вот – эти люди, еще вчера воевавшие за антидемократа Гитлера, с какой-то слепой надеждой бросаются в объятия главного врага. Возразят, что Краснов и его люди использовали последний, пусть и призрачный шанс для спасения. Да, это так, но показателен сам факт того, что «красновцы» считали себя чем-то, сугубо зависимым от внешних сил. В этом видна ущербность всего коллаборационизма, которая выражалась в страшной болезни воли. Будь эти люди действительно уверены в своей правоте, то они бы продолжили борьбу, вступили бы, например, в союз с сербскими четниками Д. Михайловича. Попытку уж, в любом случае, можно было сделать – все лучше, чем убивать себя, совершая страшный грех самоубийства. Но на поверку оказалось, что никакой веры в себя у этих людей не было, а была только слепая ненависть к большевизму, перерастающая в какой-то дикий страх перед ним. Этот ненависть, этот страх ослепляли и оглушали коллаборационистов, выводя на тот же тонкий лед. Встав под знамена иностранных захватчиков, они сначала стали самоубийцами политическими. Потом многие из них закономерно совершили самоубийство буквальное. Вот показательные строки из дневника некоей Л. Осиповой, страстно ненавидящей большевизм и желавшей прихода немцев: «...А я решила по приходе большевиков отравиться сама и отравить Николая (мужа – А. Е.) так, чтобы он этого не знал». Читать все это просто дико, тут открывается какие-то совсем уж инфернальные бездны. Вот до чего доводит ненависть, возведенная в абсолют! И вряд ли можно признать случайным совпадением тот факт, что Краснов сделал ставку на казачий сепаратизм. В 1944 году на курсах пропаганды в Потсдаме атаман сказал следующее: «…Москва всегда была врагом казаков, давила их и эксплуатировала. Теперь настал час, когда мы, казаки, можем создать свою независимую от Москвы жизнь». Есть во всем этом какая-то страшная логика, которая связует воедино самоубийство, коллаборационизм и сепаратизм. Здесь какое-то расщепление сознания, раздробление собственного «Я».
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment