April 19th, 2006

Garfild

«Необрежневизм»

На самом деле, «брежневизм» – это не так уж плохо. Хотя, конечно же, и не так, чтобы уж очень хорошо. Это довольно-таки специфическая модель реформирования общества и экономики, которое ставит во главу угла стабильность. Более того, данная реформа воспринимается как контрреформа, и грань между этими процессами зачастую просто незаметна. В старой, императорской России подобные реформы проводили Николай I и Александр III, которых и по сей день многие считают реакционерами. А между тем они этого совершенно не заслужили.
Николай I ввел в стране твердую серебряную валюту (реформа Канкрина), создал Государственный коммерческий банк для поддержки купечества и утвердил первый в России закон, регулирующий отношения между фабрикантами и рабочими. Если это не реформы, тогда уж непонятно, что под ними подразумевать.
Александр III на контрреформатора походит больше. Он, бесспорно, купировал многие реформы своего отца, в частности, ограничил земское самоуправление. Но при всем при том данный царь отменили подушную подать (основной прямой налог), создал Крестьянский банк для содействия в покупке земли и издал серию законов для рабочих (самым главным мероприятием было учреждение фабричной инспекции). Что же до начатых Александром II реформ армии и МВД, то они были доведены до конца.
При указанных двух императорах сдвиги были не такими масштабными как при «стопроцентных» реформаторах (например, при Александре II). Но свою роль в преобразовании России они сыграли. А главное, эти тихие реформы, в отличие от реформ громких (не говоря уж о революциях) избавляли страну от потрясений. Правда, избавляли на время, то есть всех проблем не решали. Таким образом, тихое реформаторство имеет как плюсы, так и минусы, что, впрочем, характерно для любого вида деятельности.Collapse )