January 16th, 2006

Garfild

Левый континент

Левые сохранили свою власть над Чили, при поддержке коммунистов. При этом они еще и продвинули в президенты прогрессивную тетеньку (тенденция однако - "наша" Юля, потом Меркель, теперь вот энта "комиссарша"). До этого - триумф леваков в Боливии. С учетом Чавеса в Венесуэле и Лулу в Бразилии - получается веселая картинка. Южная Америка левеет, чего никак не удавалось советским коммунистам. Собственно, оно и понятно. СССР был хоть и квази, но империей. А там больше по нраву этакий анархо-пофигистский настрой. Знаменитый Че, кумир многих наших комми, кстати, очень сильно наезжал на СССР, ставя его на одну доску с США - дескать и те, и эти эксплуатируют несчастный третий мир. Да и Фидель был дико зол на Союз, который во время Карибского кризиса не дал себя втянуть в ядерную авантюру (бесбашенный диктатор хотел переть до конца). Но все-таки он ценил советскую халяву и примирился с СССР в конце 60-х годов.
Южная Америка сегодня, между прочим, объединяется (Ю.-Американский союз наций). Но своей Империи там, скорее всего, не создадут. А будет такой революционный конфедеративный балаганчик, дестабилизирующий ситуацию в мире. В первую очередь, он, конечно, будет направлен против США, чему наверняка обрадуются наши патриоты, которые готовы хоть с бесами объединяться - только бы против Америки. На самом же деле любые геополитические потрясения только ослабят Россию. А выгодны они международной олигархии, которым нужно демонтировать любые государства с тем, чтобы поставить на их место ТНК.
Garfild

Права человека и право народов

А мне, признаюсь, нравится, что выдвинуто требование многоженства для мусульманских народов. Это очень сильный ход, который подчеркивает самобытность этносов, зависимость права от народного характера, а не наоборот. Жаль, что у нас, у русских пока нельзя нащупать какой-либо отличительной особенности, которая бы дополняла и расширяла нынешнюю плоско-буржуазную правовую систему.
Но! Русские националисты могли бы сделать еще более сильный ход. Потребовать коренного преобразования самой правовой системы. Над правами человека должно возвышаться право народов и каждый народ должен иметь свое право. Очевидно, что это была бы интереснейшая и плодотворнейшая работа – создание нового, имперского сверх-права. Вот тогда мы бы и выделили ряд собственных правовых особенностей.
Жалко, если сейчас патриоты увидят в инициативе «многоженства» «посягательство чурок» или «попытку исламизации». Напротив, подобные инициативы надо всячески одобрять и даже пытаться возглавить движение за их реализацию.
Но, безусловно, право одного народа оправдано лишь до того момента, когда оно не противоречит праву другого народа. Нужен и общий стержень, и сильная блюстительная вертикаль.