April 9th, 2004

Garfild

О "мудром обезьянстве"

Лесник и многие другие предлагают (и во внешне, и во внутриполитических вопросах) применить технологию мудрой обезьяны, которая сидит на дереве и смотрит за борьбой двух тигров. Дескать, пусть противники покоцают друг друга, а мы потом великолепно спустимся с дерева – пожинать сладкие плоды победы. А между тем история показывает бесплодность любых попыток стоять (сидеть) в сторонке. Помните: «Желая посмотреть драку до конца был избит обеими сторонами». Кстати сказать, Мао Цзедун, который очень любил сравнивать Китай с этой мудрой обезьяной (тиграми он выставлял СССР и США), потерпел с этим своим «обезьянством» крупное поражение. Когда он пытался в 60-е годы реализовать данный подход всерьез, то лишился советской поддержки и его стали шпынять одновременно и СССР, и США. Ситуация начала выходить из под контроля, и даже ближайший соратник «великого кормчего» маршал Линь Бяо вполне логично попытался перебежать к советскому тигру и осуществить промосковский переворот. Мао в последние годы жизни извлек необходимый урок и пошел на союз с тигром американским. Тем самым он признал провал маоизма во внешней политике. А его провал в политике внутренней признал уже Дэн Сяопин. После того, как Китаю настучали по зубам во Вьетнаме, КНР отказалась от военной экспансии. Но противостоять СССР (в союзе с США) не перестала. Чего стоила одна военная и финансовая поддержка афганских моджахедов! «Дружить» же с нами китайцы стали только во второй половине 80-х гг., когда стало ясно, что СССР наступает крышка.
Еще один пример провального обезьянства – Гитлер. Этот великий романтик тоже принципиально не хотел примыкать ни к западным демократиям, ни к СССР. В результате ему накидали банок с двух сторон.
А вот пример выигрышной тактики. Ленин – ненавидел как либералов, так и царя, но все же поддерживал первых против второго. И не боялся публично поддерживать ненавистных кадетов там, где они преследовали общие с ним цели.
Кое в чем мои оппоненты правы. Действительно, надо сделать так, чтобы большая часть тягот противостояния ложилась на какие-нибудь две иные силы. Но при этом одну из них нужно поддержать и реально ей помочь, но постараться сделать так, чтобы меньше дать, а больше брать. Как сделали США во вторую мировую. Они поддержали СССР и оказали ему реальную помощь, но все тяготы борьбы легли именно на наши плечи. Но поддерживать и помогать все равно придется. Тут вот в чем дело. Когда какое-либо противостояние становится в центр всех событий, делается магистральным, то не участвовать в нем – значит уйти на обочину, и остаться там в положении сектантствующего маргинала. Оно ведь потому и стало центральным, что затронуло какой-то важнейший нерв истории. И брезгливо стоять поодаль здесь нельзя ни в коем случае.
Сейчас в центре мировой истории находится противостояние между «национальными» бюрократиями (среди которых самая сильная – американская) и транснациональным капиталом. В России это противостояния выражается как борьба «путинской» бюрократии с т. н. олигархами. Быть вне указанных противостояний означает быть вне истории. Это отлично понимают левые и исламисты, которые группируются сегодня вокруг «коллективного Сороса» и не особо стесняются признаться в этом (перечитайте И. Пономарева). А вот русские националисты почему-то тешат себя какими-то идеалистическими грезами, которые выдаются ими за предел прагматизма, но которые никогда еще не были реализованы в плане конкретного исторического процесса. Я все больше убеждаюсь, что мы проигрываем именно ввиду нашей полной несостыковки с реальностью.
И еще одно. Оказывать кому-то поддержку – не значит отождествлять себя с этим кем-то. Очень жаль, что мы этого не понимаем. Рынок политических технологий очень широк и позволяет красиво и грамотно осуществить выборочную поддержку, которая не означает отказ от оппозиционности. Указанная поддержка позволит вскочить в набирающий скорость экспресс глобального противостояния и получить максимум выгод от поездки на нем.