Александр Елисеев (a_eliseev) wrote,
Александр Елисеев
a_eliseev

Category:

Ленин: замысел второй революции

Мне уже приходилось обращать внимание на то, что Ленин ничего не имел против автономизации, то есть, включения республик в состав РСФСР. И если бы Сталин не попросил руководство немного помедлить, то произошла бы именно «автономизация». Мнение Ленина изменилось внезапно. И произошло это после неудачи проекта по созданию единого фронта с европейской социал-демократией.
«Ленин против Сталина» - http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/lenin_protiv_stalina_2009-04-22.htm
Ленин даже выступал против советизации меньшевистской Грузии – в надежде на благосклонность мировых эсдеков.
«Ленинский «либерализм», советизация Грузии и социал-демократия» - https://a-eliseev.livejournal.com/1989183.html
Одновременно им был взят курс на сближение с Англией. Так, 16 марта 1921 году был подписан советско-британский торговый договор. Любопытно, что всего двумя днями ранее была провозглашена Новая экономическая политика (НЭП). Очевидно, два события как-то обуславливали друг друга.
Судя по всему, Ленин рассчитывал на приход к власти лейбористов, которые весьма усилились к тому времени. Отчасти, его расчёты оправдались. 22 января 1924 года, на следующий день после смерти «вождя мирового пролетариата», премьер-министром Великобритании стал лейборист Д. Р. Макдональд. И при нём произошло практически молниеносное признание СССР – соответствующую ноту англичане направили уже 1 февраля.
Но, в целом, проект сближения с социал-демократией потерпел полный крах. Это привело к радикализации ленинской позиции. Ленин снова делает ставку на мировую революцию, для чего им и был буквально протащен (помимо воли большинства руководителей), проект создания Союза республик. Несомненно, он рассматривался «вождём мирового пролетариата» в качестве некоей базы для социалистических «Соединенных штатов мира». (Об их необходимости Ленин писал ещё в 1915 году в статье «О лозунге Соединенных штатов Европы».)
При этом, Ленин задумывал осуществление своеобразной революции внутри СССР. Им стало ясно, что его соратники, в большинстве своём, не думают серьезно о мировой революции, а считают необходимым укреплять созданное в 1917 году новое государство.
Для того, что преодолеть их «консерватизм» Ленин и предложил самую настоящую программу политических преобразований, известную как «Письмо к съезду» (конец 1922 года).
Красной нитью через весь этот текст проходит идея увеличения численности ЦК за счёт рабочих. Ленин неоднократно и настойчиво повторяет это требование.
«В первую голову я ставлю увеличение числа членов ЦК до нескольких десятков или даже до сотни. Мне думается, что нашему аппарату грозили бы большие опасности на случай, если бы течение событий не было бы вполне благоприятно для нас (а на это мы рассчитывать не можем), — если бы мы не предприняли такой реформы».
«Мне думается, что 50−100 членов ЦК наша партия вправе требовать от рабочего класса и может получить от него без чрезмерного напряжения его сил».
«Такая реформа значительно увеличила бы прочность нашей партии и облегчила бы для нее борьбу среди враждебных государств, которая, по моему мнению, может и должна сильно обостриться в ближайшие годы. Мне думается, что устойчивость нашей партии благодаря такой мере выиграла бы в тысячу раз».
В данном фрагменте обращает на себя внимание прогноз об обострении «борьбы среди враждебных государств». Именно «среди» государств», а не с государствами. Речь явно идёт о намерении революционного вторжения в дела этих государств. И, как подчёркивает Ленин, его «реформа» призвана «облегчить» эту самую борьбу «среди враждебных государств». Таким образом, внутренняя революция, затеянная Лениным и скромно названная им «реформой», направлена на подготовку революции всемирной. На это же была направлена и «реформа» по созданию Союза государств вместо уже состоявшегося единого государств РСФСР. Понятно, что другие республики были его сателлитами, стоящими на пороге полного и окончательного вхождения – на правах автономий и без права выхода.
Пойдём далее. «Увеличение числа членов ЦК до количества 50 или даже 100 человек должно служить, по-моему, двоякой или даже троякой цели, чем больше будет членов ЦК, тем больше будет обучение цекистской работе и тем меньше будет опасности раскола от какой-нибудь неосторожности. Привлечение многих рабочих в ЦК будет помогать рабочим улучшить наш аппарат, который из рук вон плох. Он у нас, в сущности, унаследован от старого режима, ибо переделать его в такой короткий срок, особенно при войне, при голоде, было совершенно невозможно».
А вот тут основной упор надо делать на ленинское определение аппарата, который, оказывается «из рук вон плох». То есть, налицо какая-то совершенно уже радикальная и «нигилистическая» характеристика. Если аппарат так плох, то его надо ломать. Правда, Ленин делает оговорку – аппарат такой вот плохой, ибо «унаследован от старого режима». Очевидно, ему это надо было для некоторого самооправдания, ведь он и сам являлся создателем «плохого аппарата». Но ведь если «плохой» аппарат именно унаследован от «плохого» старого режима, то он, тем более, подлежит революционному преобразованию. Заметим, что Ленин закладывает некие основы грядущего обвинения против советской бюрократии. Её планировалось осудить за «царистский» характер. Теперь вспомним ленинские нападки на часть партийцев за «великодержавный шовинизм». Как принято сейчас говорить, паззл складывается – на так ли?
В перестройку было принято говорить о том, что Ленин хотел расширить состав ЦК за счёт рабочих с целью демократизации. Но сие, конечно, весьма смехотворно. Какой тут вообще мог быть демократизм, когда рядовые члены партии использовали технологию «Голосуй всегда с Ильичем!» И можно только согласиться с выводом А.В. Шубина: «Ленин не был настолько наивен, чтобы считать, что новички-рабочие начнут одергивать Сталина и Троцкого. Они должны были служить надежной опорой Ленина в ЦК». («Вожди и заговорщики»)
Безусловно, Ленин думал о создании когорты своих, безусловно и абсолютно преданных, сторонников, которые и должны были контролировать ЦК, составляя его проленинское большинство. Кроме того, он возлагал серьезные надежды на Центральную контрольную комиссии (ЦКК), где также планировалось задействовать верных рабочих. В статье «Как нам реорганизовать Рабкрин» читаем: «Члены ЦКК, обязанные присутствовать в известном числе на каждом заседании Политбюро, должны составить сплоченную группу, которая, «невзирая на лица», должна будет следить за тем, чтобы ничей авторитет, ни генсека, ни кого-нибудь из других членов ЦК, не мог помешать им сделать запрос, проверить документы и вообще добиться безусловной осведомленности и строжайшей правильности дел».
Такая «независимая» ЦКК, в планах Ленина, должна был работать в теснейшей спайке с наркоматом Рабоче-крестьянской инспекции, составляя некое уникальное надпартийное и надгосударственное образование.
В «Письме» Ленин даёт интересные характеристики своим ближайшим сподвижникам. Он, вроде бы, одновременно критикует завзятых антагонистов - и И. В. Сталина, и Л. Д. Троцкого: «Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью. С другой стороны, тов. Троцкий, как доказала уже его борьба против ЦК в связи с вопросом о НКПС, отличается не только выдающимися способностями. Лично он, пожалуй, самый способный человек в настоящем ЦК, но и чрезмерно хватающий самоуверенностью и чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела».
Но при этом, в отношении Сталина предлагаются жёсткие меры организационного характера: «Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности. Это обстоятельство может показаться ничтожной мелочью. Но я думаю, что с точки зрения предохранения от раскола и с точки зрения написанного мною выше о взаимоотношении Сталина и Троцкого, это не мелочь, или это такая мелочь, которая может получить решающее значение».
А вот в отношении «самого способного человека в настоящем ЦК» такие меры не предусматриваются. Ленин говорит о необходимости соглашаться с его административно-политическими требованиями: «Затем, я думаю предложить вниманию съезда придать законодательный характер на известных условиях решениям Госплана, идя в этом отношении навстречу тов. Троцкому, до известной степени и на известных условиях».
Или вот, весьма показательный, фрагмент: «Я не буду дальше характеризовать других членов ЦК по их личным качествам. Напомню лишь, что октябрьский эпизод Зиновьева и, конечно, не являлся случайностью, но что он также мало может быть ставим им в вину лично, как небольшевизм Троцкому».
Тем самым, партийцам вполне однозначно предписывается не поднимать крайне щекотливую тему – какую позицию Троцкий занимал до своего вступления в партию большевиков. А там было много чего интересного и способного шокировать – как прочем, и после вступления Троцкого.
«Ленин и Троцкий: враги и союзники» - https://xn--h1aagokeh.xn--p1ai/posts/2017/01/18/lenin-i-trotskij-vragi-i-soyuzniki.html
Известно, что Ленин и Троцкий действовали в прочной спайке против Сталина и его проекта автономизации. Также известно, что Ленин предложил Троцкому занять должность заместителя председателя Совнаркома, который он возглавлял. Как представляется, тем самым Владимир Ильич стремился укрепить аппарат правительства – против сталинского аппарата ЦК. Вообще, Ленин делает главную ставку на Троцкого, явно учитывая лево-глоблистские предпочтения последнего.
Серьезные надежды возлагаются и на Зиновьева, которому, как следует из вышеприведенной цитаты, не следует ставить в вину «октябрьский эпизод». Между тем, в октябре 1917 года Ленин отнюдь не считал позицию Г. Е. Зиновьева и Л. Б. Каменева «эпизодом», а требовал исключить их партии. Теперь, оказывается, тогдашнее поведение двух видных партийцев, выдавших план вооруженного восстания, не может быть поставлено в вину. Отчего же такой «либерализм»?
Всё дело в том, что тогда Зиновьев был «правым», выступая против захвата власти. Теперь же он был вполне «левым» и ярым сторонником мировой революции. И такая позиция, во многом, определялась его должностью председателя Коминтерна (КИ). Сам же Коминтерн был, в 1920-е годы, мощнейшим центром силы – явно глобального значения. По линии КИ были организованы десятки революционных заговоров (в Германии, Болгарии, Югославии, Эстонии и т. д.). Деньги, сэкономленные на армии (после демобилизации) и отнятые у церкви, шли на зарубежные компартии, которые официально считались, как и ВКП (б), секциями КИ.
Сам КИ представлял собой нечто вроде всемирного квазигосударство. У него и спецслужба своя была, именуемая Отделом международных связей (ОМС). В распоряжении этого ОМСа была мощная агентурная сеть, солидный бюджет, склады с оружием и фальшивыми документами по всей Европе. ГПУ и Разведупру Генштаба было предписано во всем оказывать содействие агентам ОМСа. И порой они вели себя в разных европейских странах, как на уже захваченных территориях. Особенно большой шум произвело т. н. дело «немецкой ЧК». Долгое время в Германии агенты ОМСа и подчиненные им коммунисты похищали и убивали неугодных им людей.
Понятно, что Зиновьев был крайне нужен Ленину в связи с его новым туром глобальной игры. И надо сказать, что в КИ проявляли готовность к весьма радикальным шагам. Так, в сентябре 1923 года его Исполком принял окончательное решение о восстании в Германии. Тогда планировалось вооружить от 50-60 тыс. рабочих Саксонии и Тюрингии. Военная комиссия ЦК разработала план мобилизации РККА для помощи восставшим. Согласно ему, предполагалось создание 20 новых дивизий. Однако, тогдашнее руководство КПГ во главе с Г. Брандлером в последний момент испугалось и восстание оказалось сорвано. И это великолепным образом демонстрирует всю утопичность и авантюристичность тогдашних надежд на мировую революцию. Кстати, Сталин отнесся к вышеуказанной затее КИ с недоумением. Для него, вообще, был характерен огромный скепсис в отношении революционного движения.
«Как Сталин спас Европу от революции» - http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/kak_stalin_spas_evropu_ot_revoljucii_2009-05-26.htm
Итак, время выводов. Если бы не тяжелая болезнь Ленина и его смерть, то в стране очень даже была возможна политическая революция, ставившая своей целью подтолкнуть Европу к мировой революции.
«Большевики против ВЧК. Подковёрная борьба «вождей» - http://zavtra.ru/blogs/bol_sheviki_protiv_vchk_podkovyornaya_bor_ba_vozhdej
«Левый уклон и западный капитал» - http://zavtra.ru/blogs/levij_uklon_i_zapadnij_kapital
«Странный триумвират: Савинков, Красин и Рейли» - http://zavtra.ru/blogs/strannij_triumvirat_savinkov_krasin_i_rejli
«Левые евразийцы и «троцкисты-бухаринцы» - http://zavtra.ru/blogs/levie_evrazijtci_i_trotckisti-buharintci
«Сталин и его роль в партии большевиков» - http://zavtra.ru/blogs/stalin_i_ego_rol_v_partii_bol_shevikov
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments