Александр Елисеев (a_eliseev) wrote,
Александр Елисеев
a_eliseev

Categories:

"Совки": не так всё и просто

Иногда у удовольствием захаживаю в «Елки-палки» - хороший трактир, душевный. Недавно видел сцену, заходят муж с женой и маленьким сыном. Видно, что не из богатеньких, но могут иногда позволить зайти в кабак, причем по мизеру. Заказали подход к телеге. Кто не в курсе – это такой «шведский стол», платишь 210 р. – и набирай всякой снеди сколько влезет. Но – ежели кто другой из твоей тарелки покушал, то, будь любезен, плати как за два подхода. Ну так вот, они и попытались мальца покормить из папиной тарелки. Тут же, само собой, подходит официантка и требует это дело прекратить. Мамаша возмущается – он же, говорит, маленький. Много не съест, зачем же платить за него? В ответ – правила такие. Но мамаше все не почем, так она в толк и не взяла, что есть конкретные правила, которые не официантка устанавливала.
Вот вам, как говорят, «типичный совок». С одной стороны он раздражает, с другой – его тоже можно понять. В самом деле, зачем платить за тот мизер, который съест маленький киндер? Право против правды.
«Совок» - появился в результате соединения общинного, крестьянского менталитета и городской культуры, которые, во многом не совпадают. У нас слишком уж быстрыми темпами проводилась урбанизация – торопились с форсированной индустриализацией. А потом, уже при Хрущеве и Брежневе, по инерции, деревня перетекала в город. Перетекало и общинное самосознание, которое очень далеко от сознания городского, с его правовыми формальностями. Самое главное, что советский город вовсе и не пытался сделать из вчерашнего крестьянина стопроцентного горожанина, ведь такой горожанин неминуемо будет буржуем (хоть и мельчайшим, хоть и в мечтаниях). От него требовали самую "малость" – научиться работать на заводе и быть лояльным к советской власти. Напротив, на Западе крестьянство перемалывалось, у него напрочь отбивали все эти общинные «инстинкты», ибо они никак не умещались в прокрустово ложе супер-прагматичного капитализма. В Англии согнанных с земли крестьян (а согнали там всех) даже заключали в работные дома, сажали на карантин, чтобы они «излечились» от деревенской неформальности.
В СССР же город был свободнее, чем деревня. Туда и рвались из колхозов, сначала не выдерживая тамошнего прессинга, потом не вынося тамошней скуки. Более того, советский город был гораздо более общинным, чем советская же деревня. Ведь что такое община? Это сложный симбиоз коллективного и индивидуального, при котором второе едва ли не сильнее первого. Ведь сами общинники вели именно единоличное хозяйство, хотя община и регулировала пользование землей. Общинник – это крестьянин, мечтающий, чтобы его поменьше доставали, но, готовый, в то же время, помогать и получать помощь от своих соседей, крестьянин, не желающий, в массе своей, уходить на отруба. Умеренный индивидуалист и умеренный коллективист – вот кто такой общинник. И город предоставил, хоть и не сразу общиннику возможность – нет, не вести своей хозяйство, но жить в своей квартире и потихоньку наживать добро – при этом активно участвуя в системе коллективной, социальной взаимопомощи. Да, в деревне было приусадебное хозяйство, но там все же работали и жили колхозом. А в городе крестьянин жил отдельным домом (квартирой), а общался в рамках предприятия. Т. е. он получил некую компенсацию за потерю прежнего деревенского своего единоличничества. И давайте вспомним, что именно в эпоху разъезда из коммуналок, началось некоторое отчуждение соседей друг от друга, в то время как связи между работниками остались достаточно прочными (не такими, однако, как в колхозах). Итак, община сохранилась вовсе не в колхозах, которые были артелями (производственными кооперативами), а в городе. Вот именно этот общинный, индивидуалистическо-коллективный город и послал, при первом случае, куда подальше коммунизм. Практичный крестьянин не пожелал кормить разные англолы и эфиопии во имя ненавистной им, еще со времен гражданской войны, "Коммунии". Но он же показал фигу и западному капитализму, так и не пожелав «нормально» встроиться в рынок и принять гнилые ценности западных демократий.
Все это я к чему. Общинный, аграрный менталитет крайне силен он проходит через поколения, поэтому и вступает так часто в конфликт с городским. Отсюда и совковые несуразности. В этом наша слабость и наша сила. Индустриальная эпоха уходит в прошлое, а приходит эпоха постиндустриальная, которую будет характеризовать синтез аграрного и индустриального. Вот тут то «совок» и пригодится. Мне представляется, что именно он гораздо легче воспримет новые ценности, чем немногочисленная прослойка окончательно урбанизированных, которые так любят поругать «совковость».
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments